Дело Никиты Кобелева: Выживший друг подростка заявил на суде, что оговорил полицейских Несмотря на то, что Дмитрий Тутынин проходит свидетелем по делу, у него неожиданно появляется адвокат. Тут же молодой человек меняет свои показания. Чьи интересы защищаются на суде?

Общество 5 августа 2016, 14:38 25686
Предварительное следствие в самом разгаре. В СИЗО пять полицейских. Их подозревают в пытках 18-летнего Дмитрия Тутынина и в убийстве 17-летнего Никиты Кобелева. Подростков 8 июня в магазине задержали полицейские. Сегодня заседание по двум из них. На кону вопрос: выпускать ли из СИЗО? Оперативных сотрудников после задержания опознал сам Дмитрий. Цырен Цыремпилов, следователь отдела по расследованию особо важных дел Следственного управления по Бурятии: Находясь на свободе, органы с предварительного следствия полагают, что обвиняемый может оказать давление на сторону потерпевших, а также уничтожить еще не добытые следствием улики совершенного преступления. В связи с чем ходатайствую о продлении содержания под стражей. Булат Поздняков, судья Советского районного суда: Обвиняемый желает что-то пояснить? Валентин Соболев, подозреваемый: Против. И немудрено. Старший оперуполномоченный собрался домой. А помогает ему в этом, как оказалось, сам Дмитрий. 17 июля у молодого человека вдруг появился адвокат. Тогда же и прояснились старые воспоминания: Апелляционная жалоба на постановление суда об избрании меры пресечения: «Я сказал, что меня заводили в подвал и выводили из него Смолин В.А. и Замьянов Ж.Т., т.к. только этих сотрудников я видел в магазине при задержании, других сотрудников в лицо не видел. … Я был на них обозлен в момент задержания и оговорил их. … Я осознал, что совершил ошибку путем оговора и из-за этого может пострадать невиновное лицо». Дмитрий Тушемилов, адвокат Дмитрия Тутынина: Дмитрий Андреевич ко мне обратился именно с этой целью, в этой части. И всё. Корр.: В какой части? Дмитрий Тушемилов: Именно в части опознания. И всё. Корр.: И как вы ему помогаете в этом? Дмитрий Тушемилов: Соответствующие даю консультации… Корр.: Мне интересно, кто оплачивает ваши услуги? Дмитрий Тушемилов: Ну, я же вам говорю: Дмитрий Андреевич. Корр.: Дмитрий Андреевич не работает, и его родители тоже вам не платят. Дмитрий Тушемилов: Ну, у него спросите, деньги получал я от него. Корр.: Дим, ты шел на какой-то с ними сговор? Или на какое-то соглашение с полицейскими? То есть это слухи или это не слухи? Дмитрий Тушемилов: Дима, просто надо уже что-то подтвердить, сказать – слухи или не слухи. Дмитрий Тутынин: Я ничего не буду говорить. Собственно, практически ничего и не сказал в зале суда. А после заседания по Смолину и вовсе ушел домой. Вопрос о мере пресечения по второму подозреваемому, младшему оперуполномоченному Замьянову, рассматривался без него. Марина Кобелева, мать погибшего Никиты Кобелева: Мне все-таки кажется, что на Диму оказывается какое-то давление. Мне кажется, его чем-то, может, запугали. Он не просто так поменял эти показания. Даже в зале суда было видно, когда адвокат задавал ему вопросы, он не мог ответить на эти вопросы. Он сразу замкнулся. Если бы он был уверен в чем-то, он бы сказал это. Критически отнесся к ходатайству и судья. Меру пресечения и для Смолина, и для Замьянова продлил до конца предварительного следствия. Также до 9 ноября в СИЗО остались и остальные трое полицейских. По ним судебные заседания уже завершились.
30 сентября