Королева стали. Как хрупкая женщина возглавила целый завод в Бурятии Вторая жизнь Улан-Удэстальмоста в большом интервью с директором завода Верой Лукашенюк.

Экономика 14 июля 2022, 18:17 10743

Сталь, закаленная временем – так можно сказать о заводе, который совсем недавно чуть было не ушел в небытие. Речь об Улан-Удэстальмост. Сегодня предприятие на очередной волне своего подъема и все это под руководством хрупкой женщины. О том, как завод пережил страшные времена, чего ждет от дней сегодняшних?

- Вера Петровна, как получилось, что хрупкая женщина смогла возглавить такой завод?

Вера Лукашенок, генеральный директор ООО «Улан-Удэстальмост»: Даже не планировала, даже в каком-то страшном или нереальном сне мне такое не снилось. Все началось с 2016 года. Пришла еще в предыдущую команду, когда были собственниками Сусловы и прошлые руководители. Пришла к ним на должность финансового аналитика. Я до этого всю свою профессиональную деятельность связывала с бизнес-планированием. Писала бизнес-планы для предприятий. И тут потребовались мои услуги. И оказалась, что называется, в гуще всех этих событий, в водовороте. Потому что как раз – банкротство, наблюдение, реструктуризация всех долгов, торги завода, смена собственника. И пошло-поехало. Было начало конца прошлого завода, начало новой истории завода.

До 16-го года знала, конечно, что завод есть, но как-то… Что такое металлоконструкции, как изготавливается мост и что такое сварка – я была от этого очень далека. А так, прошла, наверное, один из интересных, сложных, трагических периодов вместе с заводом я.

Я была заместителем с 2018 года. Замом по общим вопросам, потом по экономике и финансам и вот, в том году, в течение обстоятельств, стала я на должность генерального директора. Не так, чтобы я там «вау» упала сюда – такого не было. Вместе с заводом я прошла этот путь. Я это все принимаю близко к сердцу - судьбу и развитие завода. Я с ним срослась. Это проверка характера, проверка именно себя. Возможности. Я, конечно, судьбе благодарна, что не у каждого человека такой шанс в жизни может быть. Не знаю ни одной женщины в этой отрасли.

Конечно, есть мужчины. Без мужчин, это все брехня, ни одна бы женщина далеко не уехала бы. Отключи у нас электричество, отбери у нас стиральные машинки, утюг и все на свете – и мы сразу побежим за первым мужчиной в лес, хоть куда. Тут точно так же. Это все мужчины – замы, начальники подразделений и, вообще, у нас коллектив, практически мужской. Больше 70% - это мужчины.

- Как вас воспринимают в роли директора?

-  Я бы не сказала, что как-то удивляются. Некоторые не знают, особенно в цехах. И фамилия у меня еще такая – Лукашенок. Непонятно. Когда заходят, теряются. Заказчики звонят, теряются. «А вы что ли женщина?». Времени еще мало прошло. Не все переварили, не все восприняли. Больше-то, наверное, моя семья была в шоке.

-  Когда пришли на должность, чувствовали, что необходимы серьезные шаги?

- История завода и его специфика помогает выживать в большей степени. Потому что таких предприятий, как мы, немного по всей России. Они масштабные, они нужны для государства. Это же мосты, такое емкое, это конструкции для спортивных сооружений. Это не просто хлебобулочное производство - сегодня одно открылось, завтра – другое.

Конечно, сложно такое предприятие похоронить. Конечно, был и со стороны правительства интерес в сохранении завода, и со стороны самих людей, собственников. Заказы, объемы и перспективы развития, конечно, есть.

Понимала, что надо его дальше продолжать сохранять, развивать и так далее. И понимала, что нужно поменять нашу внешнюю окружающую среду. Потому что о нас что только ни писали, что только не говорили. Негатив шел ото всех щелей, ото всех видеоящиков. Очень трудно было выживать. То есть ты сидишь, бьешься тут, как бы у тебя рубильник, свет не выключили, а там что только не писали, что не играло на пользу абсолютно предприятию. Нас похоронили заживо. Поддержки ждать не приходилось.

Завод сохранился благодаря людям. Они вставали утром, ехали на завод, что-то делали, им не платили зарплату, у них не было инструментов, материалов, комплектующих, но они этим своим движением помогли его сохранить. Потому что он был близок к том, знаете, вот, день-два, неделя, месяц и он мог полностью встать очень легко.

Конечно, правительство помогло, конечно, конкурсный управляющий свою лепту внес. Чтобы комплекс в своем первоначальном виде остался. Потому что могли бы раздербанить по кусочкам кредиторы. Этого не произошло. Был продан единым лотом. Он не останавливался ни на день. Сейчас вернулись старые люди. Удалось сохранить коллектив. Заказчики старые вернулись, новые заказчики появились. Объекты стратегические есть. Важные в том числе. Каждый руководитель по такому заданному вектору должен идти. 

Конструкторский отдел

- Мы находимся в мозговом центре нашего предприятия. Здесь работает конструкторский отдел. Чертятся чертежи, потом на основании их изготавливаются все наши мосты, конструкции. Очень важный центр, очень важные люди. Девять конструкторов, плюс начальник конструкторского бюро, плюс архивариус. Где-то человек 12-15. Профессия одна из таких умирающих, по крайней мере в нашем регионе. Конечно, очень бы хотелось, чтобы новые кадры у нас появлялись. С ними проблемы, очень сложно найти. Вот, кто есть. Работают люди годами, работают с самого начала становления завода. У некоторых одна запись в трудовой книжке. Такая сложная, нужная, важная профессия.

- В прошлом году завод начал показывать впечатляющие результаты. Доходы начали расти. Как удалось поставить производство «на колеса»?

- Полтора миллиарда в том году без НДС – это, конечно, для нас не предел. Потому что в этом году мы планируем выйти на три миллиарда. Объем выручки с НДС. Потому что и объемы производства выросли, и сама стоимость металлоконструкций подорожала в связи с рыночными изменениями.

По Бурятии мы сейчас доделываем по ГОК Озерный. У нас осталось, буквально, две машины отгрузки. То есть 2 тысячи тонн мы на ГОК Озерных поставили металлоконструкций. Это более 150 машин, которые ушло с завода. И второй объект, который значим не только для нас, но и для города – это третий мост через реку Уда. Первый пролет уже отгружен, два пролета у нас в изготовлении. В общей сложности мы там делаем порядка 5 тысяч тонн металлоконструкций. Это, примерно, 20-30% нашего годового объема. В планах, до конца осени его отгрузить. Потому что горожане ждут мост, застройщик прилагает все усилия, чтобы быстрее его сдать. Мы прилагаем все усилия.

Кроме того, начался БАМ-2. У нас сейчас в работе 15 мостов, которые мы должны до октября месяца отдать именно на тот участок застройки. Это Хабаровский край, это Амурская область. Там перегоны, железнодорожные мосты. Также есть у нас объекты по Якутии. Якутия является одним из основных заказчиков. Там железнодорожные мосты достаточно большие. Якутия для нас значимый регион. Поставляются большие объемы. Мы ближайшие поставщики для них.

Маляро-погрузочный цех

- Мы пришли в Маляро-погрузочный цех. Здесь происходит заключительная стадия изготовления металлоконструкций. Мы наносим коррозийную защиту, покрываем грунтами. Ответственный цех. Специфика сложная. Вредное производство, потому что это краска, это пары. Причем, круглый год. В данный момент здесь остатки ГОК Озерного. Находится мост на Амурскую область, в Забайкальский край.

- Какие перспективы роста и развития?

-  То, что имеется сейчас оборудование, нам нужно заполнить его по максимально возможному пути развития. Сейчас загрузка предприятия, примерно, 50% всех наших мощностей. Есть куда стремиться даже на имеющемся оборудовании. Мы можем выйти на 2 тысячи тонн в месяц. Чтобы расти дальше, нам, конечно, нужна модернизация. Нужны новые станки, новые технологические линии по обработке металлов. Мы это планируем. Есть проект модернизации. Мы планируем в ближайшее время инвестиции делать в наши технологические линии. По проекту 3,5-4 тысячи тонн в месяц завод может делать. В свое время, когда он был на волне подъема, изготавливали 40 тысяч тонн в год. Работало более 2000 человек на заводе. Сейчас у нас 720 человек. И мы делаем полторы тысячи тонн металлоконструкций.

- Сказались ли на производстве санкции?

- Больше боялись. Первое время неопределенность по этим санкциям была. Сейчас мы нашли новых поставщиков, отработали логистику. В основном, у нас проблемы с комплектующими на станки на наше оборудование. Повлияло то, что выросли цены. Стоимость этих материалов увеличилась. За счет доставки, за счет изменения условий предоставления. Например, не было у нас скоростных свёрел, потому что они шли с Голландии. Сейчас более или менее каналы поставки наладили. Но материалы подорожали. Подорожала в процентном соотношении краска. Потому что она в большинстве вся импортная. Это Германия, Норвегия, Швеция. Там шли компоненты цинкосодержащие. Некоторые поставщики красок вообще ушли из России. Перешли на отечественные. В принципе, проектировщики приняли наши проекты.

- Какая роль правительства в становлении завода?

- В последнее время, конечно, Минпром нам помогает. Он смотрит за нашей деятельностью. Что-то советует, предлагает участвовать в каких-то программах. Сейчас у нас в работе программа по промышленному кластеру. Есть такой проект интересный с Авиазавода, совместно. С Минэкономики у нас заключен договор долгосрочный. Мы заключили с ФЦК договор на трехлетнюю поддержку по национальному проекту «Увеличение производительности труда». Это не без помощи нашего правительства и нашего министерства экономики. Там смысл такой: без особого вложения денег наладить производство таким образом, чтобы усовершенствовать процессы. Движение полуфабрикатов по цехам чтобы было своевременным. Таким образом, увеличиваем производительность, что позволяет иметь дополнительные возможности предприятию. Алексей Самбуевич Цыденов нам тоже помогает. Крупные объекты, которые зашли на завод, не без его участия. В прошлом году у нас была с ним сложная работа по ситуации с ковидом. Мы поставляли кислород для медучреждений газообразный. Потому что наше предприятие имеет возможность производить медицинский кислород. Мы получили лицензию. Наши люди заправляли круглосуточно, без выходных… Кислородная станция работала. Мы заполняли скорые помощи этими баллонами и спасали жизни.

Отношение к заводу поменялось. Мы надеемся на дальнейшую поддержку, на участие в федеральных проектах. У завода богатая история, есть перспективы, сама продукция специфичная. Важная. Емкая. Нам есть куда расти. 

 

12 августа