#Валитьневыход: Продвинутая молодёжь о безысходности, лени и перспективах в Улан-Удэ Профессионалы своего дела рассказали, зачем строят свою жизнь в столице Бурятии, и чего им это стоит.

Общество 15 апреля 2017, 21:50 8821
#Валитьневыход: Продвинутая молодёжь о безысходности, лени и перспективах в Улан-Удэ

В последнее время становится всё больше людей, которые любят Улан-Удэ на расстоянии. И едва ли не каждый из тех, кто остался, периодически сталкивается с безысходностью и тоже подумывает о «побеге». Так есть ли вообще выход из улан-удэнского тупика? Поговорить на эту тему 14 апреля в Молодёжный театр пришли десятки молодых людей. Накануне там состоялся первый public talk #валитьневыход.

Необычную встречу организовали местные активисты Global Shapers Маша Ханхунова, Артём Баскаков и Настя Рожкова. «Валить или не валить – это, наверное, был и мой личный вопрос, назрела такая проблема», - призналась во время встречи Маша. И половина зала закивала, услышав эту фразу.

На вопрос организаторов и многих улан-удэнцев в «Молодёжке» попытались ответить приглашённые спикеры – 4 профессионала своего дела. Ребята ( а это режиссёр, дизайнер, искусствовед и предприниматель) рассказали гостям о том, как однажды сами «свалили» из Улан-Удэ, а через какое-то время «привалили» обратно. За каждой реальной историей оказались борьба с комплексами, испытания, поиск себя, и осознание, что, в общем-то, Улан-Удэ - то место, где стоит дерзать. При том, что и здесь никто не застрахован от неудач и депрессий. Если вы пропустили Public talk, приводим для вас самые яркие и вдохновляющие отрывки выступлений от первого лица.

«Безысходность в Улан-Удэ – это лень»

Артём Баскаков, режиссёр Молодёжного художественного театра

В Москве я понял, что мне нужен процесс, при котором я бы создавал культурную среду, которая реально меняет всё вокруг. И это театр. Любой театр, как мне кажется, это градообразующее предприятие. Для меня в Улан-Удэ это наш Молодёжный театр. Я поставил задачу – вернуться и за пять лет помочь сдвинуть его с мёртвой точки. Я знаю, что даже, если я когда-нибудь поеду зарабатывать деньги в другой город на постановку, вернусь, и потрачу их здесь. На свой спектакль.

О безысходности же в Улан-Удэ и где бы то ни было говорить как-то безысходно. Хочется говорить о том, как с ней бороться. Но, например, когда я жил в Москве, меня настигла московская безысходность. При том,  что, как будто, у меня было всё хорошо, я снимал квартиру, классную квартиру, я бы вас всех туда пригласил, и у меня было очень много друзей.

Знаете, ещё я недавно говорил со своей хорошей знакомой о том, что вообще значит, завести новых друзей в новом пространстве. И понял такую вещь: самое главное - это мыслить в одном направлении, когда есть единомышленники. А вот когда их нет совсем - вот это, опять же, безысходно.

Ещё есть такая картинка в интернете: «Тебе грустно? Иди, работай. Бросила девушка? Иди работай». То есть нужно делать дело. Самое главное определиться, ответить на вопрос, чем я хочу и могу заниматься, чем я могу быть полезен этому миру, городу. Безысходность в Улан-Удэ по большому счёту–  это огромная лень, которая тянется и будет тянуться, пока человек не встанет и не начнёт что-то делать. Почему так много наркоманов? Потому что они ленятся. Потому что проще пойти покурить, чем табуретку построить. Проще не убирать на улице, но кинуть бутылку пластиковую, потому что… потому что у меня безысходность, мне плохо.

Возьмём среднестатистического человека, который заходит в магазин и выходит оттуда. Ты понимаешь, что такой человек есть в Москве, в Иркутске и в Париже он есть. Выходит, дело не в том, где ты находишься, а в том, что ты можешь создать в конкретной среде, в которой ты есть. Я считаю, что нужно по-хорошему на себя разозлиться. Я могу что-то сделать хорошее? Или я среднестатистический человек, который заходит в магазин и выходит. Мой отец построил театр с нуля, а что я могу?

«В Улан-Удэ всё только набирает обороты»

Надя Абзаева, искусствовед

У всех мотивации вернуться в Улан-Удэ – разные. Многие возвращаются по семейным обстоятельствам. Я училась в Москве на профессию искусствоведа, который занимается выставочными проектами. И вот, работая, я начала исследовать свою профессию. Что значит для нас искусство? Через искусство люди, как мне кажется, исследуют окружающий мир, себя, свой внутренний мир. В какой-то момент я стала задавать себе вопросы, ответы на которые я могла бы получить, находясь на малой родине. Работая с нашими художниками, работая с художниками из Монголии, Китая. Через развитие национального искусства. Скажем, насколько мы немножко россияне, насколько мы немножко азиаты, насколько мы европейцы.

Конечно, в Москве много выставок, галерей. Это модно. Какие-то выставки превращаются в тусовки, есть выставки-дискотеки. Вовлечено очень много молодёжи. У нас же всё это только набирает обороты. Бывает, идеи очень трудно реализовываются. Но, я думаю, не нужно останавливаться. Ведь есть много положительных результатов, есть много классных мест, культурных центров.  Есть зрители, которые этим интересуются. И вот происходящее даёт обратную реакцию тем, кто планирует такие важные для нашего города проекты, это вдохновляет и это здорово.

«У нас поле непаханое. Бери и делай. Я выбираю позицию – не ныть»

Арюна Цыбикова, предприниматель, создатель этно-маркета и лектория ZAM

Я успела поработать в Москве в коммерции, на фрилансе, на госслужбе. Успела попутешествовать и, в принципе, у меня нет такого ощущения, что где-то травка зеленее, где-то получше, где-то счастье на меня свалится. Везде, куда бы я не переехала, были мои тараканы,  со мной переезжали мои комплексы. Я на своём опыте поняла, что от себя не убежишь.

Конечно, я могла бы и дальше путешествовать, подрабатывать. Но я поняла, что способна на большее. У меня блестящее образование, за что спасибо моим родителям, есть диплом экономиста. Если бы я вернулась в Москву, открыла бы очередной магазин, бутик одежды. Я подумала, хочу ли я потратить на это жизнь, или, скажем, потратить жизнь на процветание экономики Италии. Или вот ещё одна была мысль. В БГУ я получила образование журналиста, хотела пойти работать в National Geographic. Но нужно ли мне  это? Я бы до конца своей жизни просто путешествовала и фотографировала животных. И всё. А тут, в Улан-Удэ, я родилась, я выросла… Знаете, когда была моя первая зима после возвращения, я осознала, что тут даже звуки другие. Тут снег, когда тает, он такой хруст издаёт… а в Москве реагент и там резко всё сходит. Я вспоминаю эти звуки детства и для меня это очень дорого. Я не променяю больше вот это голубое небо, чистый воздух. Здесь я могу загород выезжать, смотреть на сосны. Здесь мои родные люди. И мне нравится, что у нас маленький город, все друг друга знают, а потому можно делать много интересных проектов.

Например, с появлением «Зама», на мой взгляд, жизнь в нашем городе изменилась. Мастера мне говорят, что раньше порой не знали, куда отнести свои изделия. Мы помогаем поверить в себя.  Изначально мы открывали «Зам» как площадку для развития мастеров, писателей, художников. У нас такая маленькая среда, и мне хочется, чтобы она распространилась на весь Улан-Удэ.

Конечно, бывает, что у меня опускаются руки. Все мы – не роботы, запрограммированные на цель. Порой, думаешь, что никому ничего не нужно. Что всё, что ты делаешь - бесполезно, что лучше уехать куда-то. В такие моменты нужно распознать первопричину этого состояния.  Понять, что именно вас расстраивает, а что вдохновляет. Вспомните, для чего вы начинали своё дело. Мне иногда помогает пообщаться с другими людьми, переключиться на них.  Сверяя часы внутри себя, я понимаю, что я всё правильно делаю, что я должна была быть там, где я сейчас. Всё-таки у нас поле непаханое. Бери и делай. Я выбираю позицию – не ныть. Нужно делать что-то. И воспринимать «факапы» как опыт для развития.

«Если ты себя не ассоциируешь с кусочком мяса, расстояния не существует»

Лёша Хамарханов, дизайнер

На самом деле, в Улан-Удэ я приехал, потому что женился на бурятке. Я не бурят, а хакас. До приезда сюда работал в Москве очень долго, учился в РУДНе. После восьми лет в столице, мне стало некомфортно. Там ты много денег отдаёшь просто для того, чтобы, я даже не знаю,… бежать в колесе как хомячок. И это совсем печально. Я подумал, что могу работать и удалённо. Мы выбирали между Хакасией и Бурятией. Улан-Удэ победил. И мне нравится здесь, климат хороший.

Одно время мы собирались на Бали, туда много моих друзей уехало. Я серьёзно собирался, но как-то встретил духовного наставника. И он мне сказал такую прикольную штуку, что, если ты ассоциируешь себя не с кусочком мяса, а с душой, то для тебя в принципе расстояния не существует. И вот теперь я, знаете, скорее, хочу просто уехать из города куда-то туда в деревню. Где поменьше людей и побольше природы. Такие планы.

Депрессия конечно у меня случается. Так, я живу на Верхней Берёзовке, и там бывает много мусора. Это очень неприятно. Конечно, чисто там, где не мусорят, но это слова. Грустно от понимания такой вещи: сознание человека не поменяется за мою жизнь. И я никогда не увижу, что здесь чисто, как в Сингапуре, например. Здесь же только когда ты уедешь за 20 км от города - закончатся мусорные пакеты и всё становится прекрасно, душа раскрывается, просторы и красота. Получается, что безысходность это когда ты смотришь на людей и думаешь: божечки мои, ребята! И ничего не можешь сделать. Ты можешь ходить, говорить, пищать и это всё бессмысленно. Были в Бурятии и факапы на работе. В своё время сюда приезжал Бадма Будаев, мы пытались создать коворкинг, куда можно было бы европейцев привозить, таких специалистов, как я. Они бы могли приезжать, работать над проектом. Нам нужна была земля, чтобы построить здание. Мы решили пойти к правительству. После того, что было, я дал себе зарок, что больше никогда не буду общаться с чиновниками. Потратил кучу времени и никто мне не мог даже сказать «нет», просто тянули. Ещё был факап такой, что мы пытались пройти в Общественную палату, но набрали всего пять процентов.

Вообще же мне нравится здесь работать (заниматься дизайн-поддержкой бизнеса, - прим. arigus.tv). Была такая история, в одном общепите какая-то девочка сделала дизайн меню с нечитабельным шрифтом. В итоге дедушка, который ходил туда уже много лет, не смог ничего прочитать. Для меня это было важно, я заметил и исправил. Когда ты приносишь пользу – это очень круто.

***

Отметим, что выше – лишь отрывки выступлений. Говорили же на вечную тему в Молодёжном театре два часа. Кто-то не выдерживал, вставал со стула и уходил. Те же, кто остались – вдохновлялись, обменивались контактами и звали на свои мероприятия. Что произошло в этот вечер пока говорить рано. Но, кажется, это начало чего-то безумно интересного.

фото: arigus.tv, соцсети, Анастасия Рожкова

2 декабря